• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:38 

[Пятиминутка ненависти, или Be my Valentine]

● from tragedy to comedy in one second ●
Сразу оговорюсь – сейчас я ни коим образом не претендую на уникальность суждений, поскольку прекрасно понимаю, что каждый год на 14 февраля страницы абсолютно всех блогов пестрят постами на тему Дня всех влюбленных. Сопливо-карамельные излияния «люблюнавекиблябуду» перемежаются с желчными замечаниями по поводу всеобщего романтического помешательства, благодаря которому мистическим образом все человекоособи внезапно вспоминают о том, что находится у них в штанах в душе и всеми силами стараются продемонстрировать это своим избранникам. Думаю, по моему саркастическому тону уже понятно мое отношение к данному… кхе-кхе, «празднику», но я бы спокойно оставил его при себе, если бы не случилось мне сегодня некоторое время помотаться по улицам, и, даже в большей степени, поболтаться в общественном транспорте. Но – неожиданный поворот – данный эмпирический опыт вовсе не спровоцировал меня на обычное циничное глумление над банальностью, таковой себя не осознающей, а вынудил меня перейти к самым что ни на есть жизнерадостными поздравлениям.

Поэтому в этот незабвенный день, в очередной раз засыпавший нас толстым слоем осточертевшего до коликов снега, мне искренне и от всей души хочется поздравить работников различных типографских предприятий, наштамповавших умилительнейшие валентинки с сердцами различных степеней залежалости (что следует из их цвета) и пухлыми крылатыми младенцами, а также энное количество бумажных подарочных пакетов, размер которых колеблется в зависимости от серьезности намерений дарителя. Обязательно стоит поздравить доблестных цветочников, годами взращивающих свои нежные творения в прекрасных розариях, чтобы в один день предать всю красоту смерти в нелепой шутовской обертке с последующим гниением на столике в прихожей, через которую за доли секунд прокладывается путь до спальни. Как не упомянуть производителей плюшевых игрушек, которые, прежде чем нашить на очередной мохнатой заднице нетленное I love you, нежно целуют каждого медведя в его унылые (в предчувствии еженочного тискания в объятиях какой-нибудь птушной нимфы) щи. С той же неподдельной искренностью мне хочется поздравить всех неустанных кондитеров, работников ликеро-водочных заводов, владельцев ресторанов и, отдельным образом, всех работяг, что денно и нощно перерабатывают каучук, чтобы порадовать наших влюбленных сразу и воздушными шарами, и презервативами. Это ВАШ день. Сегодня ваши пять минут славы. Сегодня, несмотря на кризис и прочие экономические неурядицы, вы вернетесь домой с неслабым кушем.

Ну а теперь немного серьезней...

@настроение:  >>> cynical

@темы: мелкобытовое

02:08 

[Oniisama e, оно же Brother, Dear Brother]

● from tragedy to comedy in one second ●
Статейка, правда, не первой свежести, но еще нигде не выкладывалась.

На протяжении длительного времени, нарабатывая свой япономанский стаж, такой жанр как юри я отчего-то вечно аккуратно игнорировал. Признаться, я и не думал даже, что чего-то себя особенно лишаю, ибо все мыслимые женские любовные линии в произведениях на отвлеченную тему никогда меня особо не интересовали. «Брат» же меня в кои-то веки порадовал обилием приятных женских персонажей, которые интересны, надо сказать, не только сами по себе, но даже и в совокупности. Вместо стандартных рамок «люблю-хочу», нам преподносится целая замысловатая мозаика отношений, возвышенных, грязных – да всяких.

Немного рассуждений на тему тайтла.

Асака Рей и Ичиномия Фукико. В самом начале сериала их отношения проходили по вполне стандартной садо-мазо схеме, которая, как правило, прекрасно удовлетворяет обоих участников, приятна глазу и, вообще говоря, понятна всем извращенцам со стажем как дважды два. У меня она сразу вызвала симпатию к трагическому декаденту Асаке Рей, прекрасному и замученному, что естественным образом совпало с антипатией к мучителю, то есть госпоже Мие, и так легко и весело все и продолжалось бы до самого конца, если б не оказалось… хм, несколько изящней.

Я, как уже писалось, весьма люблю наводить лупу на все, что хоть немного отходит от границ нормы, поэтому всяческие девианты и их девиации – это, что называется, моя тема, да и сам, что греха таить, совсем не безгрешен. Так что очередная художественная несчастная любовь, представленная небанально и эстетично, это для меня не повод поронять слезы, а материал к размышлению, иногда даже с экскурсами в психологию и смежные области, эдакий лакомый кусочек для интерпретаций. Вот что, в общем, получилось. Тут еще будут вставки из моего раннего псевдопсихологического флуда (курсивчег) – когда-нибудь, может, выложу его отдельно.

Я давно уже вычислил, что чаще всего объединяет все красивые и печальные истории этих самых девиантов. Прежде всего, романтизация всего, что связано со смертью. Ну, или, по меньшей мере, с саморазрушением. Избрание, зачастую инстинктивное, оппозиций абстрактных «добра» и «нормальности», вкупе со страстью к самой эстетике упадка, порождают ту бесконечную боль, которую навеки вынужден сносить подопытный. Боли подбираются различные оправдания, но все они, как правило, связаны с ощущением тотальной отчужденности от этого мира. Отдохновение обретается в самоубийстве, забвении, тщетных попытках враждовать с миром, религии или каких-либо культах, нигилизме, да много в чем еще. Те, кому страшнее, убеждают себя, что можно стать как все.



Продолжение сомнительных попыток авторских интерпретаций.

@темы: мрачный бред, злобный критег mode on, anime

00:52 

[Не плачьте, всего лишь литература]

● from tragedy to comedy in one second ●
Только ленивый не выкладывал записи о своих снах, но неважно.

Привиделось все это мне еще в начале зимы. Ничего не помню четко, словно бы кто-то снимает содержимое моего бессознательного любительской камерой с руки, но это как раз то, что подойдет под эякуляционные выплески моего сознания. Вся картина – какой-то жутчайший оос меня самого, иногда просто загробно спокойного по ту сторону камеры, в т.н. реальности, во всяком случае в чьем-то присутствии, тут же я разве что не бьюсь в конвульсиях от переполняющей меня ярости, по-волчьи скалю зубы, подернутые глянцевой пленкой слюны. А снятся мне почему-то девочки. Незнакомые, непонятные, пришедшие из глубоких водоворотов моего делириума. Обрывочные бесцветные кадры, искаженные выпуклыми линзами объектива: страшно увеличивается то верхняя, то нижняя половина черепа, раскосо разъезжаются глаза.

Все происходит зимой, ночью, на мосту, нависающем над платформами и ленточным червем железной дороги. Холодно сыпет крупный снег, облепляя мою судорожную ярость, когда напротив я вижу Ее. Улыбается гадостью, хотя внешне ничего настолько, что хочется использовать больно до скулежа и удовлетворенно выбросить после, да и из одежды на ней почему-то только трусы, почему-то белые. Помню только боль и унижение, определенно по ее вине, а еще постель полную масляных подтеков от любрикантов и растекшиеся по ней озерца спермы, вроде как моей, но от клокочущей ненависти шаткая картина просто трещит по швам, и, пока я не провалился в обычную фазу глубокого медленного сна, я просто бью – сладко, размашисто, неосознанно. Ее оскал не сползает ни на миллиметр, отчего я снова, не задумываясь, впечатываюсь костяшками пальцев в это лицо, сам почти готов завыть от боли: ее размашисто ведет, только безвольно трепещут руки, она выплевывает мне в лицо какие-то гадости, сплетающиеся в изящную гармонию с моим грохочущим матом, идущим откуда-то извне. Хватаюсь за ее шею, другой рукой сдираю оставшийся белый лоскутик, который хочется затолкать ей прямо в розовую глотку, наконец, швыряю на обледенелые перила и прогибаю наоборот, отчаянно толкаю в мутную снежную тьму к дымящимся рельсам, еле продирая картинку через поток злых беспомощных слез. Гребаный снег жжет пылающее от гнева и стыда лицо, разжижает боль в костяшках, и когда я, наконец, готов разжать остервеневшие пальцы, прямо в лицо мне бьет раскаленный свет приближающихся фар, барабанные перепонки разрывают скрежещущие рессоры, утробный гул вспарывает звенящую зимнюю ночь, и все исчезает.



Просыпаюсь до непристойного поздно, сразу после чего принимаюсь ругаться на пейринг, уже длительно бодрствующий, что, мол, не соблаговолил пнуть, после чего слышу:
– Не хотелось тебя будить. Ты так сладко спал, просто ангел. Наверное, что-то милое снилось?

Внутренне улыбаюсь – именно так.

@настроение:  >>> shocked

@темы: мрачный бред, сны

02:10 

[AnK Quotes]

● from tragedy to comedy in one second ●
На днях внезапно пересмотрел Ai no Kusabi – заинтересовалась подруга, которая уже прошла некоторую инициацию аниме классическим и вот неожиданно созрела для аниме непотребного) А после из ностальгических чувств я снова взялся за ранобе AnK. Тем, кто видел овы, очень рекомендую ознакомиться с первоисточником – образы персонажей там не только чудесным образом раскрываются, но и, в некоторой степени, преподносятся с новой стороны. И, чтобы еще раз вспомнить старую добрую историю любви, мне хотелось бы привести здесь несколько самых запомнившихся мне моментов. Ранобе лицензировалось на английском, но на русский переводились только первые части, так что, дабы не спамить английским текстом, придется ограничиться сокращенными выдержками из русского перевода. Местами он, конечно, шероховат, но все равно, по мне, весьма неплох.
. . .

"Трущобы – зверь, пожирающий юность и душу людей". Чьи это слова? Если жителя Кереса, то он, несомненно, убедился в этом на собственном опыте. Если нет надежды, нет и крыльев для полета. Если не летишь, то и упасть не боишься.
"Реальность трущоб – сплошная черная стена, слишком большая, чтоб через неё перебраться", – думали они; и тех, кто осмелился бросить вызов этой стене, иронически называли героями. Но те, кто иронизировал, завидовали этим героям, ведь сами не могли ими стать. Оставалось лишь жалеть себя и топить горечь в выпивке.
Вот и у Рики была любимая фраза, которую он часто говорил своему партнеру, Гаю – только ему, как самое сокровенное: "Когда-нибудь мы распрощаемся с трущобами". До сих пор все, кто повторял эту фразу и покидал Керес, возвращались обратно – не проходило и месяца. Возвращались сломленные и отчаявшиеся. Но Рики это не пугало. Вновь и вновь он повторял: "Когда-нибудь. Обязательно".




Приобщаться дальше.

@темы: anime

06:17 

Доступ к записи ограничен

● from tragedy to comedy in one second ●
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

[Nihilist Story]

главная